Опубликовано
07.10.2026, 17:21Сахарная свекла в Кыргызстане с каждым годом становится все менее выгодной культурой. Дорожают топливо, газ, семена и удобрения, а вместе с ними растут издержки и у фермеров, и у сахарных заводов. При этом цена на готовый сахар не поспевает за расходами, а рынок все активнее занимает дешевый импорт.
Саринжи Аильчиев выращивает сахарную свеклу с 1996 года. 30 лет назад это была стабильная и прибыльная культура, но в последние годы заниматься ею становится все сложнее и невыгоднее, а посевные площади приходится сокращать год за годом.
«Свеклу мы по 70 гектаров сеяли раньше. Но потихоньку меньше и меньше. Есть сложности с водой, обработкой, семенами, рабочей силой. И поэтому мы немножко уменьшаем. В прошлом году, например, я вот 30 гектаров засеял, но всходов вообще не было. Обанкротились на хорошую сумму», — вспоминает Аильчиев.
Слова фермера подтверждает и статистика прошлого сезона. В 2025 году посевные площади под сахарную свеклу не сильно изменились по сравнению с 2024-м — около 13.4 тысячи гектаров. Но валовой сбор при этом рухнул почти вдвое: с 950.5 тысячи тонн до 532.2 тысячи тонн. То есть свеклу сеяли примерно на тех же площадях, но собрали урожая на 44% меньше. Урожай сильно зависит от весенней погоды и наличия поливной воды.
Тенденция на сокращение посевов сахарной свеклы в Кыргызстане заметна не первый год. Своего пика площади этой культуры достигали в 2017 году — 17 484 гектара. С тех пор они то падали, то немного восстанавливались, но так и не вернулись к прежним значениям.
К привычным проблемам в этом году добавились новые. За последние полтора года дизельное топливо заметно подорожало: с 71.45 сома за литр в январе 2025-го до 101.43 сома в сентябре 2026-го. Рост составил почти 42%. Особенно заметное ускорение началось весной этого года — с марта по август цена почти не останавливалась в росте, прибавляя каждый месяц.
Для хозяйства, где на дизеле работает вся техника — от вспашки до уборки — это один из главных факторов, съедающих и без того низкую рентабельность свеклы. За ГСМ подорожали и услуги, а еще в начале этого года резко выросла стоимость удобрений.
В этом году Саринжи Аильчиев засеял свеклой всего 5 гектаров. Такое решение принято в основном из-за роста издержек, и что, если год не будет благоприятный, то доход от свеклы может не окупить затраты.
Поэтому, чтобы опять не рисковать в 2025 г., основную часть полей он засеял кукурузой, еще немного пшеницей и ячменем. Эти культуры менее требовательны к воде и помогают хозяйству удержаться на плаву, пока сахарная свекла становится все более рискованным вложением.
«В этом году у меня 30 гектаров кукурузы и 5 гектаров свеклы. Видите, как? Раньше 4—5 гектаров кукурузы было и 20—30 гектаров свеклы было. А сейчас наоборот», — говорит фермер.
Казалось бы, логичный выход из этой ситуации — поднять закупочную цену на свеклу, чтобы компенсировать фермерам растущие издержки и удержать их в отрасли. Но у сахарных заводов, которых всего два на всю страну, на этот счет своя позиция: они бы и рады платить больше, только возможности для этого нет.
У переработчиков дорожает практически все то же самое, что и у фермеров — топливо, газ, логистика, запчасти для оборудования, обслуживание техники. По словам директора завода «Каинды-Кант» Александра Шалюты, на сезон заготовки, который начинается 1 октября и длится около 3.5 месяцев, заводу нужно как минимум 200 тонн дизеля. На дизельном топливе работает вся техника предприятия, начинания от КамАЗов и заканчивая тепловозами. Пока что удалось закупить лишь 150 тонн, и по цене куда выше прошлогодней.
Дорожает для завода и газ. С 2022 года его цена выросла примерно с 21 до 31 тысячи сомов за тысячу кубометров, то есть почти на 50%. В 2024 году завод израсходовал около 13.4 тысячи кубометров газа, а в прошлом 2025 году от него пришлось отказаться полностью и перейти на мазут, чтобы хоть в какой-то мере удержать себестоимость производства. А в этом году и цена на мазут уже превысила и стоимость газа.
Сахарный завод рассчитывается с фермерами деньгами и сахаром. Весной при заключении договоров завод поднял закупочную цену на 400 сомов — до 5.5 тысячи сомов за тонну. Но финансовые возможности завода позволяют оплатить только за 30% от принятого урожая, за остальные 70% фермер получает готовым сахаром. То есть получается, что доход свекловодов в большей степени зависит от цены, по которой они смогут реализовать свой сахар.
При этом цена на готовый сахар, в отличие от издержек, не растет, а падает. В 2021–2023 годах розничная цена на сахар достигала 90 сомов за килограмм, а осенью 2026 года не превышает и 80 сомов.
Получается, что осенью, когда фермерам нужно продать свой сахар, полученный за урожай, погасить кредиты и рассчитаться с поставщиками услуг и удобрений (и весной, когда идет посевная кампания), они сталкиваются с ценовой конкуренцией со стороны дешевого импортного сахара.
Пока заводы ищут, на чем еще сэкономить, а фермеры – как удержаться на плаву при растущих издержках, интересы этих двух сторон сталкиваются в закупочной цене на свеклу.
Фермеры считают нынешнюю цену несправедливой и настаивают на ее повышении – с нынешних 5500 до 7300 сомов за тонну свеклы. По словам Саринжи Аильчиева, такая цена позволит покрыть выросшие расходы на топливо, семена и удобрения и сделать выращивание свеклы рентабельным.
Заводы же говорят, что просто не могут себе этого позволить. При себестоимости переработки, которая тоже выросла из-за подорожавшего топлива и газа, а также при падающей или нестабильной цене на готовый сахар, закупка свеклы по 7300 сомов означала бы работу в убыток и закрытие производства.
«Если мы будем закупать свеклу по цене 7.3 тысячи сомов за тонну, то себестоимость сахара вырастет до 93 сомов за килограмм. А сейчас 73 сома. То есть мы, конечно, можем купить по такой цене, но тогда нам надо просто заводы закрыть, и все», — говорит Алмаз Алтыбаев, председатель совета директоров ОАО «Кошой», член совета директоров ОАО «Каинды-Кант».
Чтобы найти выход из этого тупика, представители свеклосахарной отрасли предлагают собственные меры поддержки. Первое – на полгода ограничить импорт сахара в страну, чтобы снизить давление дешевой зарубежной продукции в момент, когда фермеры продают на местный рынок. Соответствующий проект постановления уже готовится в правительстве.
Вторая мера — задействовать Фонд государственных материальных резервов, чтобы он закупал сахар именно у местных производителей — тех же фермеров, которые получают часть оплаты за свеклу сахаром.
При этом Саринжи Аильчиев бросать свеклу не планирует. «Сейчас дети помогают — кто в город уехал, кто еще куда. Мы уже старые крестьяне, а они деньгами поддерживают. Так и сеем свеклу дальше. Привыкли уже. А чем нам еще заниматься?» — задается вопросом фермер.
Но так будет держаться далеко не каждое хозяйство. Если в этом сезоне не принять меры, в следующем году посевные площади сахарной свеклы в Кыргызстане рискуют сократиться еще сильнее. В России на следующий год также прогнозируют сокращение посевов свеклы.
Для обычного покупателя нынешнее падение цен на сахар может выглядеть как хорошая новость. Но эта дешевизна держится во многом на импорте, а значит, зависит от того, что происходит на рынках Бразилии, России и других стран-поставщиков. Если собственное производство продолжит ужиматься, то при следующем глобальном скачке цен, как в 2022 году, стране будет нечем смягчить удар. В этом случае за сегодняшнюю дешевизну сахара придется заплатить куда более резким скачком цен в будущем. Только на этот раз нивелировать последствия за счет собственного производства будет куда сложнее: свои посевы к тому моменту могут оказаться меньше, чем когда-либо.
