Что происходит со швейной отраслью Кыргызстана?

В последние месяцы в информационном пространстве все чаще звучит тревожная информация, что «в Кыргызстане закрылись 3 тысячи швейных цехов».
Для страны, где легпром — одна из ключевых отраслей, это звучит как приговор.

Но действительно ли швейное производство умирает, или мы наблюдаем трансформацию?

Чтобы ответить на этот вопрос, важно вернуться к истокам.

История швейного производства Кыргызстана начинается не с крупных фабрик. Она начинается с крупнейшего вещевого рынка Центральной Азии — «Дордоя».

До вхождения в Таможенный союз Кыргызстан был ключевым хабом реэкспорта китайских товаров. Через «Дордой» одежда и текстиль уходили в Россию, Казахстан и другие страны региона. Это была экономика быстрых денег, высокой оборачиваемости и минимальной переработки.

Именно в этот период предприниматели начали понимать, что часть продукции не обязательно везти из Китая — ее можно шить на месте.

Так появились первые цеха самопошива — небольшие производства на 20–30 человек, в основном женщины. Они стали фундаментом будущей отрасли.

Председатель швейной ассоциации «Браво», предприниматель с более чем 25-летним опытом Олеся Ладыгина делит развитие отрасли на три этапа.

Первый этап — рост и становление.
Формирование цехов, быстрый набор навыков, первые рынки сбыта.

Второй этап — пик.
После 2010 года швейная отрасль стала одним из крупнейших работодателей в стране. Экспорт вырос, появились устойчивые связи с Россией и странами СНГ. Кыргызстан начал конкурировать по качеству даже с турецкими производителями.

Третий этап — сегодняшний.
Ужесточение правил, рост требований к качеству, срокам, документам.
Рынок стал сложнее, и теперь выигрывает не тот, у кого больше людей, а тот, у кого выстроена система.

Вхождение Кыргызстана в Таможенный союз сделало реэкспорт менее выгодным.
Но именно это стало поворотной точкой для отрасли.

Реэкспортеры начали становиться производственниками.
Как отмечает предприниматель Зафар Сулайманов, цеха начали работать по техническим заданиям, под бренды, под стандарты. Так Кыргызстан постепенно занял собственную нишу.

Кыргызстан никогда не конкурировал с Китаем и Узбекистаном в массовом дешевом пошиве. Его нишей стал fast fashion — быстрый, гибкий пошив под тренды и небольшие партии.

Как отмечает предприниматель Акылбек Космонов, кыргызские цеха выигрывали за счет: скорости запуска моделей, гибкости производства, коротких сроков доставки.

Это и стало ключевым преимуществом отрасли.

Пандемия COVID-19 стала парадоксальным катализатором роста швейного производства. Резкий рост маркетплейсов — Wildberries и Ozon — идеально совпал с моделью кыргызского легпрома.

В этот период оборот отрасли, по оценкам участников рынка, превышал $1 млрд в год. Это был пик загрузки цехов.

После начала СВО ситуация изменилась.
Резкое падение рубля в 2022 году напрямую ударило по доходам швейников. Но это была лишь первая волна. Основной удар пришел позже: рост ввозного НДС в России до 22%; обязательная маркировка «Честный знак» — уникальный QR-код на каждую единицу товара.

Для многих селлеров маркетплейсов новые требования оказались непосильными. Магазины начали закрываться. За ними — цеха, оставшиеся без заказов.

В конце 2025 года в Сети начала распространяться информация о закрытии 3 тысяч цехов. Однако официального подтверждения этим данным нет.

Мы опросили продавцов тканей на рынке «Мадина» — одном из индикаторов состояния отрасли. По их словам:

2025 год был слабым, с сентября продажи сильно упали, но полного обвала рынка не произошло.

Данные Национального статистического комитета также не подтверждают одномоментного массового закрытия производств. Речь идет о просадке, временных остановках и перестройке моделей работы.

Мы посмотрели данные Нацстаткома за январь — ноябрь 2024 и 2025 годов, сравнив их, вот, что показывают данные:

Крупные фабрики уже начали адаптацию: перешли на конвейерную систему — мировой стандарт; оптимизировали процессы; привлекли иностранную рабочую силу.

Как отмечает Зафар Сулайманов, это не стремление к сверхприбыли, а попытка выжить в новых условиях.

«Кыргызским швеям важно переходить на более квалифицированные и технологичные позиции, например: конструктор, технолог, закройщик», —Зафар Сулайманов.

Государство признает сложности, с которыми столкнулась отрасль, и заявляет о принятых мерах поддержки.

Заместитель председателя кабинета министров Данияр Амангельдиев сообщил, что проблемы, возникшие в прошлом году, практически устранены, а правительство наладило систему льготного кредитования под 6% годовых, продолжает поддержку швейного сектора.

Швейное производство Кыргызстана не умирает.
Умирает старая модель — быстрая, хаотичная и завязанная на серые схемы.

То, что происходит сегодня, — это жесткая перезагрузка.
И от того, насколько быстро бизнес и государство смогут адаптироваться, зависит, станет ли бренд Made in KG точкой роста или упущенной возможностью.